Тур Юнайт: мыс Немецкий - Кандалакша
В Мурманск телепортировался авиакомпанией S7 за день до заброски. Город встретил солнечным небом, северным ветром и предвкушением дороги. Сегодня по плану — обзорная прогулка и дегустация крафтовых бургеров. Надо же как-то отметить начало турнэ.
Контрольное взвешивание в аэропорту — и сразу понятно: легко не будет. Цифра на табло - 90 килограммов. Из них 67 кг райдер и 23 кг остальной скарб. Распаковка и сборка байка прошла в духе северной импровизации: — собирайте на улице, в здании нельзя.
Первым делом надо в хостел Кольский 126. А потом, налегке, по городу. И вот, спустя каких-то 200 метров, правая педаль издаёт предсмертный скрип и слетает с оси. Замечательное начало начал.
Педали единственный узел, который я не обслужил перед поездкой. Теперь задаюсь вопросом: как часто вы обслуживаете педали? Версия, что байк слегка падал на них, тоже не исключена. Мораль проста: не ленитесь при паковке байка откручивать педали. Иначе приключение начнётся раньше, чем вы успеете выйти на старт.
 |
Делюсь в чате произошедшем. Надо узнать где можно в Мурманске купить контактные педали. Спортивных магазинов в городе достаточно. Наверняка где-нибудь будут, успокаиваю я себя.
Доковылял с одной педалью до хостела. В хостеле встретил Саню Овчинникова. Разгрузил скарб и на поиски. Поиск меня завёл в Триал-спорт. У них сначала вроде как есть, а потом выяснилось, что нет. Купил самые дешманские топталки.
 |
| Топтали |
Посоветовали проверить наличие ещё в двух магазинах, в которых я успел побывать до Триала. Позже я убедился, что в городе не продают, тут все на топталках катают.
В чатике предлагают завтра утром привезти педаль из Москвы.
Дальше предстоит обзорно-бургерные мероприятия
 |
| Нижняя челюсть синего кита и байк для сравнения |
 |
Пит-стоп в Бургер-маркете. Бургеры вкуснее чем в Москве, и я кажется знаю, как у них так получилось! |
 |
 |
| Портовый город в полярный день. На часах двенадцатый час |
Часть велосипедов ехали в прицепе явно для этого не предназначенном. В таких возят картошку и дрова. На каждой кочке и колдобине байки в унисон подпрыгивали, порой даже норовили катапультироваться из этого сраного прицепа с перекаченными колесами.
Периодические пит-стоп приводят в легкий ужас. ТЮ для участников может закончится ещё не начавшись!
До места сбора мыс Кекурский предстоит 51 километр вдоль береговой линией. На пути нам попадаются участники самого северного МТБ марафона Муста-Тунтури.
 |
| Артём Бунякин |
Предстоящий Кольский сегмент он оценил как - 12/10 "ад и Израиль" а перевал Южный Рисчорр нам карабкаться наверх с байками наперевес. Для него, кстати, перевал был вниз, он ехал с юга на север. Держитесь братцы!
 |
| Антон Князев справа |
Пока доехали с Максом Губером до лагеря, погода сменилась несколько раз. Тут такие метаморфозы природы в порядке вещей, поэтому никто не прогнозирует.
 |
| Впервой увидел Баренцево море |
 |
| Переменчивая погода заполярья, а через минуту начнется град |
 |
| Не каждый заехал на этот водопад |
 |
| Ставимся лагерем на мысе Кекурский. Вдали виднеется руины метеобазы |
На старте стояла особая суета — та, что бывает только перед дорогой, когда воздух звенит от ожидания. Одни сидели на камнях, спокойно наблюдая, как волны бьются о скалы и взлетают в небо фейерверком белой пены. Другие ловили этот момент на камеру, будто хотели унести с собой частицу сурового севера.
Мне же выдали световой сигнал охотника — без пусковой установки.
Я, наивный, думал, что она идёт в комплекте.
Теперь верчу в руках эти цилиндрики и думаю куда их зарядить.. Совет последовал сразу: держим в перчатках и бьём по капсюлю мультитулом, пока не сдетонирует.
Гениально!
Медведи точно разбегутся, увидев такого чудика, который сам себя сдетонировал.
Ровно в десять утра Роман Важнов дал старт гонке от самой северной точки материковой России. Звучит почти как начало конца. Погода менялась каждую минуту, у воды пробирало до костей, а впереди лежало долгое Заполярье — суровое, непредсказуемое, манящее.
Мы стартовали резво, будто впереди не две тысячи триста изнурительных километров, а лёгкая сотня. Команда Шерстяные Каталы, Роман Важнов, Овчинников и ещё несколько отчаянных ребят сразу ушуршали вперёд. И в этот момент стало ясно: приключение началось, а соперники дышат в затылок.
 |
| Некоторые участники на предстартовом построении |
Прокат по берегу Баренцева моря врезался в память так, будто сам север оставил на ней свой солёный автограф. В эти часы море медленно отступает, открывая взору серые вулканические пляжи — суровые, первозданные, совсем не похожие на ласковые южные побережья. Здесь всё другое: свет, воздух, тишина, даже ветер будто знает больше, чем говорит.
Если повезёт, над водой всплывёт тёмная спина кита. За этой встречей сюда и приезжают — ради мгновения, которое стоит целой жизни.
 |
| Как будто вымощенная камнем дорога |
 |
| Серые вулканические пляжи |
 |
| Безмятежность |
 |
| Небольшая гавань и след квадроцикла быстро заметаемый песком |
Хорошо, что вдоль береговой линии я ехал неспеша — так, как едут те, кто хочет не просто добраться, а прожить каждый метр пути. Север щедро раскрывал свои виды: суровые скалы, тяжёлые волны, серое море, которое будто дышит в такт твоим педалям.
К третьему часу дня на обед собралась небольшая компания из четырёх юнайтеров. Так и решили себя называть — Юнайтерами. Звучит почти как племя папуасов, отправившееся в большое странствие.
Торопиться было незачем. У нас же гонка, а обед — дело святое, и у святых есть расписание.
Пока мы дегустировали морского ежа в кисло‑сладком соусе с карри, мимо нас пролетели десять участников. Так я из голове состава, незаметно переместился куда-то в район хвоста — всё из-за еды. Как говорится: «Ты что сюда жрать приехал?» Ну… и это тоже.
Надо признать, морские ежи — отдельная северная история. Сюда за ними и приезжают: можно сказать, промысел поставлен на поток.
Но в этот раз я ограничился сублимированным борщиком. Ни один ёжик не пострадал, если что.
 |
| Рукотворная ветрозащита из песка. Экраны сдувало |
 |
| После сытного обеда нагнал товарищей |
Дальше начались те самые глубокие лужи, которыми нас хотели напугать ещё в Москве.
 |
| Лужа которая в порядке вещей |
Минуем бухту Озерцо. У Толяна, издав нехарактерный скрежет, цепь уходит за кассету. Кассета и переключатель Шимано не настроены, поэтому такое произошло.
 |
| Рядом с бухтой Озерцо |
А время неумолимо и не скажешь, что на часах одиннадцатый час - опять светло и солнечно как днём. У скалы Два брата (на фото) ловим норвежскую вышку сотовой связи и делаем 15 минутный привал. Виды, конечно, глаз не отвести!
 |
| Стрелки часов замерли, ночь не наступает |
 |
| Скалы Два брата |
 |
 |
| Анатолий |
Толян уверяет, что у него интернет без заграничного роуминга работает, а у меня что-то не хочет. Приходит от провайдера сообщение вы в Норвегии, с космической ценой на тырнет. Вот так, я неожиданно для самого себя побывал в Норвегии.
Тут же неподалеку встретили Артема Бунякина, пыхтящего в подъём.
Артём самый юный участник ТЮ за всё время. 18 лет отроду. Вписался в такую авантюру, рисковый, однако.
Визуальная составляющая этих мест не оставит равнодушным никого. Поэтому тут обустраивают многочисленные эко-глэмпинги. Цены за размещение в подобных панорамных отелях, доходит до 80 тыс. рублей в сутки. ТЮ дарит вам всё это бесплатно! Но, только лишь тем немногим авантюристам, способным сутками на пролёт крутить педали по пояс в воде.
 |
 |
| Эко-глэмпинг |
 |
| Поставился |
Итог:
Пробег 138 км
Средняя скорость 11,2 км/ч
Общее время 15.48
Набор высоты 1 700 м.
Сон 5,5 часов
перевал Муста-Тунтури - Титовка
Сегодня насыщенный день предстоит: Старая Швабская дорога, одна из самых красивых дорог в мире. Переправа в отлив, а может и в прилив через р. Печенга. Форсирование брода через р.Титовка.
Утром я ленивая сволочь и повторяю время старта предыдущего дня в 10 часов.
Как сказал один уважаемый спортсмен "к чёрту сон, и готовку тоже нахр*н, у тебя гонка или что?"
Лидеры этому правилу на полном серьёзе следуют. А вы думали они случайно по пересечённой местности с набором под 3 тыс. метров проезжают по 250+ км до первой ночевки? Вовсе нет! Они знают, что делают и на всю рутину выше мной описанную стелет и кладут.
Про старую Швабскую дорогу - это как раз тот случай, когда лучше один, два, и даже тридцать три раза увидеть, чем долго рассуждать и фотки тут рассматривать.
 |
| Предстают неземные пейзажи |
 |
 |
| Швабская дорога |
 |
Дорога закончилась, а виды остались, не хочется попасть в прилив, надо поторопится. Во втором часу форсирую брод через реку Печенга. Прилив должен начаться буквально через час - успел.
В это время суток вода максимально низкая, разница между отливом и приливом два с лишним метра.
 |
| брод через р. Печенга. Максимально низка вода |
После брода нагнал Станислава Калабина, он сообщил ценную информацию, что все находимся к этому времени рядом. Начинается нудный 30 километровый прогон по асфальту - подкачиваем колесики. Следующий пит-стоп магазин Пятерочка в закрытом военном городке Спутник,
Тут так совпало, собрались небольшой компанией. Шерстяные каталы, Иван Петрухин, Стас Калабин, коллективно закупаемся провизией, делимся гоночным раскладом и новостями.
Кстати, кушать на скамейках у магазинов плохая идея, а искать парк или сквер в военном городке судя по всему ещё хуже.
Дед сразу всё понял, успокоился и удалился восвояси.
Ну хватит алколирики, у нас намечается погоня за лидерами! Но погнался за ними похоже только Стас :-)
У брода через р. Титовку застал проснувшегося Толяна, у которого как выяснилось была часовая сиеста.
На первый взгляд, несмотря на течение, брод не показался сложным. Ближе к противоположному берегу поток воды усиливается, разворачивает байк на 180 градусов и опрокидывает его на скользкие камни. Выглядело опасно!
Вышли из воды, следую за ним, а там ёбушки-воробушки на икроножных мышцах два глубоких пореза от звезды, притом таких, которые по хорошему счету надо зашивать. Хлещет кровь и видно мясо.
 |
| Ранение Толяна |
 |
| Икры Толяна |
В состоянии шока, он даже не почувствовал, что звезда ему распорола икроножные мышцы. Обработали раны антисептиком, заклеили пластырем. Говорит, что всё путём, главное чтобы вода в рану не попала. Затянется будут шрамы.
В этой местности весьма холмисто, много грибов и отрываются панорамные виды на тундру. Много радости доставляют никогда невысыхающие заиленные лужи, которые сложнее форсировать чем с каменистые дном на Рыбачьем.
 |
 |
| Северная тундра во всей красе |
 |
Весь день катим по тундре, за разговорами как-то легче форсировать многочисленные водные преграды. На привал становимся не доезжая следующего брода через Западный Лиц, о котором информацией с нами поделился лидер гонки на текущий момент Александр Овчинников - брод очень сложный, готовьтесь к погибели.
 |
| Илистые лужи некоторые по 200+ метров |
На второй день такие лужи начинаешь уже воспринимать как должное, а в голове крутится, другого тура у нас для вас нет.
 |
| Поставился, умылся. |
Поздно поставились лагерем. Спать на мягкой "перине" из ягеля и мха оказалось комфортно даже на прохудившемся ковре.
Итог
Пробег 118 км
Средняя скорость 12,5 км/ч
Общее время 14:21
Набор высоты 1 892 м.
Сон 7 часов
3 день
Брод через Западную Лицу - Мурманск
Аппетит приходит во время еды, а сон — во время путешествия. Причём приходит не стесняясь, без предупреждения, как дальний родственник, который решил, что у вас дома всегда есть свободная кровать. Я-то думал, что в походе человек бодр, собран, романтичен. Ага. В реальности — чем дальше едешь, тем крепче спишь. И не потому что романтика, а потому что ноги уже не спрашивают, можно ли им устать — они просто устали.
Дождь с утра барабанил по тенту так убедительно, что вставать не хотелось. И я бы сказал, что это свежий воздух и пуховый спальник виноваты, но нет — это накопительная усталость. Она, как проценты по кредиту, растёт сама по себе, даже если ты ничего не делаешь.
Догнал Толяна у брода через Западную Лицу. Стоит, смотрит на воду, как на экзамен по математике: вроде бы можно пройти, но лучше бы кто-то другой сначала попробовал.
Я, значит, включил в себе Ч. Норриса — ну, знаете, бывает такое состояние, когда человек внезапно решает, что он герой. И пошёл.
Брод оказался не брод, а целое испытание. Течение сильное, вода холодная, глубина такая, что уже начинаешь вспоминать, кому завещал спальник. Переднее колесо тонет, тормоза зажаты, а опоры нет — всё, что у тебя есть -- это собственная глупость и велосипед, который внезапно становится единственным другом.
В один момент я поскользнулся на камне «в душе моей произошло смятение». Потому что течение уже тянет вниз, а я понимаю, что если сейчас упаду, то буду плыть долго, красиво и при свидетелях.
Но байк выдержал. Я навалился на него с зажатым тормозом, как на последнюю надежду. Страшно было по-настоящему. Но ничего, в этот раз обошлось. И так, шаг за шагом форсировал этот брод. На берегу понял: приключение — это когда ты сначала делаешь, а потом уже думаешь, зачем.
 |
| Брод через реку западная Лица |
Как говорится, дурной пример заразителен — едва я выбрался из брода, следом, не раздумывая, полез и компаньон. Север умеет сплачивать: если один идёт в воду, второй уже считает это делом чести.
Обедали мы недалеко от трассы Кола. У меня сублиматы: борщ и лапша по‑домашнему от Organic Food. Лапша оказалась неожиданным откровением — десять из десяти, честно, покупал «на пробу», а вышло как маленький гастрономический праздник посреди тундры.
После обеда дорога подарила накатистый грейдер — редкое удовольствие в этих краях. Катишь, ветер посвистывает в ушах, колёса поют, и кажется, что путь сам подталкивает вперёд.
Так я и докатил до ж/д станции Нял, которую по наивности спутал с Колой. Север любит такие шутки: вроде бы всё рядом, а на деле — ещё ехать и ехать.
 |
После брода через Уру встретил Татьяну Маслову. Радовалась она мне так, будто я не человек на велосипеде, а караван с водой в пустыне. У неё спустило колесо, а самостоятельно камеру поменять — не вышло. С её слов, прошла семнадцать километров в надежде встретить хоть кого‑нибудь. Вот так иногда судьба подбрасывает человеку не ангела‑хранителя, а слегка уставшего юнайтера в неопреновых носках.
Татьяна — человек спортивный, с характером. Беговые бреветы, ультрамарафоны по 24 часа — всё это для неё не подвиг, а нормальная суббота. Кстати, она нас обошла ещё в шесть утра, пока мы мирно спали, не подозревая, что где‑то впереди судьба уже точит занозу для её покрышки.
Как выяснилось, камеру ей меняли ещё вчера — и вот опять. Разбортировал покрышку без монтажек и нашёл не сразу виновника: кусочек проволоки, еле такой заметный. Пока колдовал над колесом, подтянулись Анатолий, а следом Станислав. Стаса я был уверен увидеть впереди, а он — позади.
Консилиум из трёх человек постановил, что я справляюсь сам, и торжественно укатил. Проблему я устранил, а Татьяне посоветовал переходить на бескамерку — колёса позволяют, а нервы поблагодарят. Колодки у неё тоже были стёрты до состояния «и так сойдёт», так что рекомендовал купить в Мурманске, дальше будет негде.
В погоне за этими двумя, в Колу прибыл уже после одиннадцати вечера — самое подходящее время, когда в городе не работает ничего, кроме моей мечты о шаверме. А без шавермы, как известно, человек спать не может.
Прохожие в таких ситуациях знают всё. Мне подсказали, что круглосуточная Лента в Мурманске всего в четырёх километрах от трека. Радости не было предела. А ночлег я выбрал проверенный хостел «Кольский 126», где после полуночи цена превращается в сказочные 400 рублей.
В мемориз этого дня: брод через Западную Лицу, лужи всех сортов и оттенков, грибы в таком количестве, что можно грузить самосвал, и, конечно, третий день в неопреновых носках — опыт, который забыть невозможно, даже если очень постараться.
Итог:
Пробег 114 км
Средняя скорость 12,7км/ч
Общее время 13:11
Набор высоты 1 200 м.
Сон 7 часов
4 день
Мурманск - Оленегорск
Сегодня полуднёвка, надо сделать ТО и отведать ещё бургеров. Бургер-тур прям какой-то :-)
В хостеле встретил Дмитрия Долгинцева, он сошёл после Спутника по техническим причинам.
Поэтому поделился со мной разными ништяками, которые ему больше не нужны. За это ему отдельная благодарность, респект и уважуха!
Короче, я разжился комплектом колодок, теперь у меня запасной комплект на оба колеса, а был только на одно. Пусковой установкой сигнал охотника и шумовыми зарядами, были только световые.
Счастью нет предела, оснащён теперь как Арни и готов противостоять косолапым друзьям.
Хостел покинули только в первом часу дня, выспался в очередной раз.
Историю с правой педалью по прилёту в Мурманск все наверное помнят? Так вот, теперь и левая педаль люфтит и издаёт предсмертные звуки, держу путь в веломагазин Азимут подтянуть конуса.
 |
| Перебираю педаль |
 |
| Опять бургеры |
Сидя на мягких диванах, жрём бургеры, пьём мохито, читаем дайджест гоночных новостей, который скорее напоминает корейский сериал Игра в кальмара S01E04 (Это где все погибли, кроме одного).
 |
Домчал быстро. Ночью в городе работает только один гастроном, который несмотря на поздний час пользуется популярностью. Оставить велик у входа не рискнул. Закупился провизией на пару дней: шпик, халва и всякими вкусными печеньками.
Поставился поздно на озере Имандра, рядом с железной дорогой, вскоре начал накрапывать дождик.
Итог:
Пробег 142 км
Средняя скорость 16,4 км/ч
Общее время 12:55
Набор высоты 1 370 м.
Сон 9 часов
5 день
Оленегорск - Хибины перевал Южный Рисчорр
Утренний дождь снова перенёс старт, будто сам север намекал: «Не спеши, дальше будет интереснее». А день и правда обещал быть непростым. Семнадцать километров по железнодорожной насыпи, брод через Куну, а сверху — вишенка на всём этом торте, перевал Южный Рисчорр в Хибинах. Не многовато ли для одного смертного?
Ехать по насыпи удовольствие сомнительное. Колёса скачут, приноровился не сразу. У одной станции, мяукая, компанию решил составить котей, шёл строго следуя по рельсе, сопровождал меня долго, вопрошая пожрать, сало-шпик ему пришёлся по вкусу.
Вдали виднеется силуэт — догоняю. Лев Гордиленков, клуб «Веломатрас». Как корабль назовёшь, так он и поплывёт — в данном случае по шпалам.
— Пока вы спали, я ехал! — бодро сообщает Лев. Я сразу подумал - он настоящий турист, а не это всё. Но бодрость слегка меркнет: сообщает, что утопил смартфон и просит, когда появится связь, отправить в чат от его имени последнее КП — Оленегорск. Конечно, дружище, сделаем. Темп у нас слишком разный, я быстро отдалился.
Из семнадцати километров по насыпи, 15 километров удаётся ехать. Сильно приспущенные покрышки творят чудеса. Но дорога однопутная, поезда «Ласточки» пролетают регулярно, а слепые повороты заросшие кустарником, заставляют держать ухо востро. Два с половиной часа напряжённого балета на рельсах. Альтернатива, по слухам, — четыре часа болотинга с медведями. Спасибо, не надо.
После ж/д моста маршрут сворачивает на лесную грунтовку, начинается северный лес — густой, влажный, пахнущий грибами так, будто кто‑то только что открыл огромную кастрюлю с лесным супом. Птицы поют, воздух звенит, и кажется, что мир наконец решил дать передышку.
Поднимаюсь на пригорок — и тут на дороге чилят медведи. Подростки, килограммов по семьдесят — сто. Но мне от этого не легче. Ебитьколотить… Страх накрывает мгновенно, как ледяная волна. Седых волос, чувствую, прибавилось. Но медведи, похоже, испугались ещё сильнее: замерли, посмотрели на меня дурака и рванули в лес с такой пробуксовкой, что еловый дёготь летел клочьями.
Я стою, свищу что есть мочи, одновременно отводя спусковой крючок сигнала охотника. Голова наполняется нехорошими мыслями: «Ну вот и всё, сейчас пообедают». Тридцать секунд панического ступора — длиннее, чем весь сегодняшний путь.
Убедившись, что косолапые растворились в чаще, ставлю сигнал на предохранитель и закидываю его в кормушку для быстрого доступа. Ускоряюсь, хотя прекрасно понимаю: если я вдруг окажусь в их меню, скорость уже не сыграет роли.
Но дорога зовёт дальше. А север любит тех, кто идёт, даже когда страшно.
 |
 |
| Медведи в ужасе, отдыхаем хорошо |
Буквально через три минуты после медвежьего переполоха мне навстречу вышла группа туристов с малолетними детьми. Я, ещё не отошедший от встречи с косолапыми, поставил их в известность.
Реакция последовала мгновенно: вся группа разом запела — дружно, громко, почти празднично. Медведи, как известно, боятся человеческого голоса и любого техногенного шума, а тут получился целый хор. Они шли к озеру Имандра на стоянку и между делом подсказали мне, где лучше всего перебраться через бассейную Куну.
И действительно — брод я прошёл без малейших проблем. Тот самый брод, которым нас пугали: мол, стокилограммового мужика сносит течением, как щепку. А выходит, что даже дети его спокойно форсировали.
Север любит нагнетать драму, но иногда всё оказывается куда проще, чем рассказывали.
 |
 |
| Место переправы |
К вечеру погода и без того плохая, стала ещё хуже. Периодически накрапывает дождь и сильно похолодало. Дороги тут чаще такие, как на фото ниже.
 |
| Царь лужа |
 |
| Скоростной грунтобан |
Это отличные дороги по здешним меркам, по ним можно ехать, и они тянутся тут километрами, чтобы вы не испытывали иллюзий, насчет того самого прекрасного туризма с котелками.
На базу спасателей КСС прибыл к ужину. Там тепло и движуха, можно поесть и даже при необходимости заночевать. Заказал борщ и блины с сёмгой за 650р. С учетом местоположения базы - ценник адекватный, но вот вкус пропитания не дотягивает.
 |
| Время |
 |
Зарядил пауэрбанк, собрался уже выходить — и тут в дверь заходит дядька, начинает разговор разговаривать, упоминает знакомые имена, фамилии… И я понимаю: что‑то тут слишком знакомо.
Вот так встреча! Это же Олег Бондаренко, он же Клетка. Сразу не признал — накомарник, шлем, усталость, северный антураж.
Перевал, естественно, откладывается ещё на час. Как тут уйдёшь, когда судьба подбрасывает старого товарища прямо на пороге? Посидели, вспомнили былое, обменялись новостями. Он спросил - зачем мне это всё нужно? Намекая на туризм. Я ответил, что как раз здесь, чтобы ответить на этот вопрос.
Заодно узнал важное: квартет из четырёх Юнайтеров, который тоже собрался как головоломка на базе КСС, видели у перевала полтора часа назад. Калабин, Бунякин и ещё двое, чьи имена я тогда не знал. В меня вселился демон азарта, надо попытаться их нагнать. Если учесть все задержки, разговоры, дождь, медвежьи приключения, выходит, что они уже часа на два с половиной впереди. Но, северный путь тем и прекрасен: никто не знает, что будет за следующим поворотом.
И иногда один случайный разговор меняет весь ритм дня — и делает его только лучше.
 |
| Дорога к перевалу |
 |
Карабкаться в такую погоду на перевал — удовольствие сомнительное. Внизу дождь, сырость, ветер, а что творится наверху, можно только догадываться. Перевал хоть и категорийный, 1А, но не коварный, если соблюдать простую истину: не торопиться и переносить весь скарб по отдельности. Север любит тех, кто действует размеренно.
Поначалу ещё можно толкать байк вместе с баулами, но чем выше поднимаешься, тем отчётливее понимаешь: дальше — только по частям. Сначала сумки, потом велосипед. На первую часть ушло полтора часа — медленно, но верно, шаг за шагом, будто поднимаешься не на перевал, а в собственную выносливость.
 |
| По частям |
 |
| Развалилась BOA. ремонтопригодно оказалось. |
А потом случился казус, достойный отдельной главы. Я потерял свой байк в тумане. Не фигурально, а буквально. Северный туман — штука плотная, как молоко, и хитрая, как лиса. Стоит отвернуться — и всё, мир исчезает.
Полчаса я бродил по камням, как человек, который ищет не велосипед, а смысл жизни. Уже начал думать, что его утащили — ну а что, всякое бывает. Хотя кому он нужен в такой глуши.
Оставил я его, так сказать, «на балконе» — запомнил место, даже сфотографировал на всякий случай. Но когда занёс вещи и попытался вернуться обратно, оказалось, что туман переписал ландшафт и решил подшутить над картой. Все ориентиры исчезли, камни стали одинаковыми, а направление — условным.
Но север любит тех, кто ищет. И в конце концов байк нашёлся — стоял себе спокойно, будто ничего и не произошло. А я сделал вывод: иногда перевал проверяет не ноги, а голову.
 |
Итак, прямо Кировск, направо Рисчорр южный и озеро Академическое. Вершина скрыта в плотном дождевом облаке. Не хочу туда карабкаться, от слова, я не альпинист, но придётся!
 |
 |
| Фото плохо предают градиент этих стен |
Дальше — сложней. Начались отвесные стены, такие, что таскать байк даже без баулов — уже не спорт, а аттракцион для тех, кто забыл, что у него есть инстинкт самосохранения. Каждый метр — маленькая победа над собой, над скользкими камнями, над ветром, который норовит сбить с тропы.
Когда наконец выбрался на вершину, остановился, перевёл дух и поймал себя на мысли: кажется, я преисполнился. Не в смысле просветления — просто организм решил, что на сегодня приключений достаточно.
Погода — откровенное говно. Сырая, злая, северная. Дальше ехать не хочется, а надо. Но север иногда подбрасывает подарки тем, кто упрям.
И вот удача. На самой вершине обнаруживается специально отведённое место под лагерь. Ровная площадка, защищённая камнями, будто кто‑то заранее знал, что сюда доберётся уставший человек с велосипедом. А рядом — ручеёк. Чистый, холодный, звенящий, как маленькая награда за весь этот каменный цирк.
 |
| Поставился |
От переутомления начал подмерзать и понял: хватит геройствовать, ставлю лагерь прямо здесь. Север не прощает лишнего оптимизма.
Ночью погода решила показать характер. Ветер усилился, температура поползла к минусу, и стало ясно: вершина — не самое гостеприимное место для ночёвки. Отогрелся, поел, прогрел палатку горелкой — и уснул почти мгновенно, как человек, который выжал из себя весь день до последней капли.
Но сон был рваным. Несколько раз просыпался от того, что палатка ходила ходуном, будто кто‑то снаружи пытался её унести. Каждый раз засыпал снова, но с одной и той же мыслью: «Зря я тут, на вершине, поставился. В такую ночь можно и не проснуться вовсе».
Север умеет напоминать, что он сильнее. Но и человек, который идёт через него, становится чуть сильнее с каждой такой ночью.
Итог:Пробег 67 км
Средняя скорость 7,8 км/ч
Общее время 13:18
Набор высоты 1 433 м.
Сон 9 часов
6 день
Хибины Южный Рисчорр - залив Чудалухт
Каждое утро у меня идёт дождь. Такое ощущение, что небеса решили: «А ну‑ка, поставим его в самую жопу итоговой таблицы. А лучше — пусть вообще не доедет. Вот тебе DNF!» И в этот замечательный день, на вершине перевала, ровно в шесть утра — снова накрапывает.
Вылазить из тёплого пухового спальника не хочется категорически. Поэтому я дрыхну дальше, уговаривая себя мыслью, что продолжительный сон — это лучшее восстановление. И вообще, если организм требует — надо уважать.
Когда стихия наконец успокоилась, я выдвинулся в одиннадцатом часу. Это уже стало моим фирменным временем старта. Хотя по какому‑то там плану я должен был начинать не позже восьми. Ну да, следую плану каждый день — особенно в те дни, когда не следую.
Над Хибинами висел густой туман, такой плотный, что видимость — метров двадцать, не больше. Озеро Академическое, ради которого сюда в основном и поднимаются, было полностью скрыто, будто его и не существует. Север умеет прятать свои красоты, если ему не нравится погода.
 |
 |
 |
Прогон по побережью Умбозера — просто волшебство. Небо и холмы отражаются в кристально чистой глади так, будто кто‑то разложил перед тобой огромную зеркальную карту мира. Едешь и не понимаешь: где вода, где воздух, где граница между реальностью и отражением.
Впереди несколько бродов, и самый «страшный» из них — в заливе Чудалухт. Так, по крайней мере, рассказывают. Замечаю на берегу какие‑то кустарные плавсредства, сколоченные из мусорных мешков и веток — классика жанра «из говна и палок». Для чего? Зачем? Кому понадобилось сооружать это, если брод… мелкий? Одни вопросы.
Чуть выше развилки, если знать правильную траекторию, волны нет, течение спокойное. А мусор после своих инженерных экспериментов люди не убрали. Вот это мне действительно непонятно.
По сравнению с речными бродами этот — просто прогулка. Пиара вокруг него много, легенд ещё больше, а по факту — нулевая сложность. Иногда север пугает не тем, что есть, а тем, что о нём рассказывают.
 |
 |
 |
 |
В детстве этот брод казался мне куда серьёзнее. Тогда и вода была выше, и волна ощутимее, и рост у меня — не тот, чтобы геройствовать. Но я всё равно лез вплавь, самоотверженно, как маленький первопроходец. Для меня это было настоящим приключением — почти как покорение стихии.
Сейчас же я встал лагерем сразу за бродом, часов в пять вечера. Место — загляденье: озеро раскинулось зеркалом, горы стоят стеной, воздух чистый, будто его только что выстирали в ледяной воде. Даже интернет 4G кое‑как добивает из Ревды — связь, как редкая птица, появляется и исчезает.
По прогнозу скоро должен начаться ливень, и не на час‑другой, а почти до завтрашнего обеда. И тут же прилетает оповещение от МЧС.
 |
| Картофельное пюре леовит - соотношение вес энергетическая ценность вне конкуренции. Это уже получается третий день автономки после Оленегорска. И запас ещё есть на +2 дня |
 |
| Обувь всё. |
 |
Медитирую из палатки наблюдая на Умбозеро и горы.
 |
| Вид из палатки |
Итог
Пробег 46 км
Средняя скорость 7,5 км/ч
Общее время 8:55
Набор высоты 330 м.
Сон 10 часов
7 день
Умбозеро залив Чудалухт - Ревда
В этот раз дождь зарядил до десяти утра — такой силы и упорства, что в средней полосе его бы записали в разряд стихийных бедствий. Хорошо хоть ветра почти не было, иначе палатку унесло бы в сторону Финляндии.
А я тем временем установил очередной рекорд лени: пережидал ливень, как кот, который не собирается выходить из тёплого дома в мокрый мир. Выдвинулся только в двенадцатом часу — уже почти по расписанию моего внутреннего «туристического офиса», который давно перестал работать по плану и живёт по погоде.
Передаю пламенный привет всем самоотверженным героям, которые встают ни свет ни заря, в непогоду, с опухшими рожами и мешками под глазами, не щадя эндокринную и иммунную систему, спят по три‑пять часов и всё равно идут к цели. Вы — настоящие титаны. Останетесь в истории и в наших сердцах. Да прибудет с вами ТЮ воистину, аминь.
А у меня тем временем начался самый грязевой участок пути. Глина, лужи, вязкая жижа, которая липнет к покрышкам, как плохие мысли к голове. И на десерт — самый сложный для меня брод через реку Сура. Тот самый, о котором рассказывают с уважением и страхом. Вода за ночь поднялась, стала мутной, и течение стало сильней.
 |
| Дороги разбиты в фарш |
 |
 |
| Я помню этот мост в 90-х ещё пешеходным |
По прибытию начал изучать обстановку. Помнил, что в чате советовали переходить перед руинами моста — ну, раз советовали, надо попробовать. Попробовал. И сразу понял: после такого ливня это вообще анрил. Вода ревёт, как реактивный двигатель, камни скользкие, как мыло, и всё это выглядит так, будто сама река говорит: «Не сегодня, дружок».
Началась паника. Искал варианты — и за мостом, и перед мостом, возвращался, ходил кругами, как человек, который потерял не только тропу, но и веру в здравый смысл. В итоге, вооружившись шестом, но без байка, переправился почти по треку.
Течение бурное, вода высокая, на дне гигантские валуны, которых не видно. Нога соскользнула, ступня попала между камней — потянул ногу. Первая мысль: «С гружёным великом я тут убьюсь и утону. А рядом никого. Ниже порог — там уже точно всё».
Пытался искать место выше по течению — безрезультатно. Глубина.
От безысходности заорал: — ЛЮДИИИИ!!! Что за пи*дец начался?! Ответа, разумеется, не последовало. Только река шумит, будто смеётся.
После трёх часов скитаний включил внутреннего Ч. Норриса и решил идти. Опираясь на байк, нащупывая каждую точку опоры, маленькими шажками, осторожно, без резких движений. И — получилось. Не красиво, не героически, но честно, упорно, по‑северному.
Иногда победа — это просто шаг, ещё шаг, и ещё один, пока река не сдастся первой.
 |
| Страдания |
 |
Опираясь на байк, этот брод оказалось форсировать куда легче и безопаснее, чем с шестом. И я теперь сам себя спрашиваю: чего я, собственно, три часа боялся? Но страх — штука иррациональная, особенно когда вода ревёт, камни скользят, а ты один посреди северной глуши.
Главное — я на другом берегу. Всё хорошо, что хорошо кончается, хотя осадочек, как говорится, остался. Успел перейти ровно до того момента, когда дождь снова зарядил. Перевал, по понятным причинам, откладывается на завтра — сегодня с меня приключений достаточно.
Уставший, мокрый, голодный, но живой, докатил до гостиницы Ревды. Чувствовал себя как человек, который прошёл через стиральную машину и теперь мечтает только о еде и тепле.
Чуть позже к единственной гостинице в посёлке подъехали Артур и Ирина. Они шли по упрощённому треку, минуя Хибины, и все мои сегодняшние ужасы пережили исключительно по моим эмоциональным пересказам. Им, конечно, было легче — но слушали они с неподдельным интересом.
Вместе забурились в Сушивок закрывать углеводное окно. Но окно оказалось слишком узким, а аппетит — слишком широким, поэтому вечером мы продолжили трапезу уже на кухне гостиницы, запивая всё горячим шоколадом и обсуждая события последних дней. Еда в такие моменты становится не просто едой — а ритуалом возвращения к жизни.
Засыпая, я подумал, что сегодня мне повезло как никогда. Ведь всё могло закончиться совсем по‑другому. Север не шутит — но иногда он всё же отпускает.
Итог
Пробег 33 км
Средняя скорость 8,8 км/ч
Общее время 9:10
Набор высоты 384 м.
Сон 9 часов
8 день
Ревда - Ловозорье
С вечера договорились: на перевал геологов пойдём после второй половины дня. Прогнозы были так себе — с утра и днём обещали дождь, а лезть в непогоду на перевал — затея из разряда «потом расскажут в новостях». Но утро, как это часто бывает на Севере, решило сыграть по своим правилам. Из окна гостиницы — вполне солнечно, даже приветливо. Правда, сам перевал прятался за плотными дождевыми облаками, будто делал вид, что его сегодня лучше не трогать.
Пока ждал погоды, сделал текущее ТО. Заменил цепь и колодки. Я катаю в три цепи, а в такие поездки беру две — проверенная схема. Колодки, кстати, почти не стерлись, что говорит о простом факте: тормозил я мало. Текущего комплекта хватило бы и до Сортавалы — но лучше перестраховаться, чем потом искать сервис в тундре.
 |
| Ещё послужат |
Раз погода наконец-то благоволит — тепло и солнечно, а ветер не орёт — выдвигаемся пораньше. Артур с Ириной стартовали в час дня, а я задержался в Ревде до двух. Не спеша доел супчик из водорослей с кунжутом — неожиданно бодрящий, и выдвинулся штурмовать перевал.
Начало маршрута — асфальт, Но вскоре начался плавный горный серпантин тянущийся к вершине. Подъём не злой, но упорный.
Нагнал ребят довольно быстро. Говорят, почти всё время шли пешком. У Артура синглспид — а это, как известно, не просто велосипед, а философия. И нюансов у этой философии хватает: где обычный байк переключился бы и поехал, синглспид говорит «нет, брат, давай ножками».
Но шли бодро, с настроением, и перевал уже маячил впереди — тот самый, который утром ещё прятался в облаках.
 |
| По пути на перевал Геологов |
 |
 |
| Артур и Ирина |
 |
| Безжизненная Венера |
 |
Наверху, в облаке, царил локальный апокалипсис. Сильный холодный ветер и плотный туман окутывали изрезанные временем базальтовые скалы и валуны. Перевал Геологов предстал неземным — будто тебя телепортировало на планету Венера, где жизнь ещё не придумали.
Утеплился во всё тёплое, что было с собой. Дорога то появлялась, то исчезала, сливаясь с каменной пустыней. Сюда транспорт не заезжал уже очень давно — и это чувствовалось в каждом метре.
В районе, отмеченном как магнитная аномалия, я сбился с пути. Плутал, уходил куда‑то не туда, сделал странную петлю и только потом вернулся на маршрут. Гармин потерял спутники, стрелка компаса показывала в противоположную сторону — классика жанра «добро пожаловать в Хибины».
Но дальше — сюрприз. Сквозь туман пробивались отголоски каких‑то звуков на непонятном диалекте. Я слышал их отчётливо. И уже начал думать, что у меня, как у некоторых участников, от переутомления начались глюки только не визуальные, а аудиальные. Короче, поехала кукушка.
Но знающие люди потом сказали: — Это был ветер. Ветер в этих скалах создаёт такие звуковые волны, что можно решить, будто кто‑то разговаривает. Так что никаких порталов, аномалий и иных измерений тут нет. Хотя, конечно, «истина всегда где‑то рядом».
Когда начал сбрасывать высоту, облако разорвалось — и передо мной открылся невероятный вид на долину и Умбозеро. Такой, что невозможно оторвать взгляд. Хотелось остановиться, задержаться, просто стоять и смотреть, пока ветер не выдует из головы все мысли.
 |
| Вид на Ловозёрскую тундру с перевала |
В долине обнаружил многочисленные следы медвежьего присутствия — в частности, кучи говна с ягодами. По концентрации косолапых это, кажется, их главный офис. А мой сигнал охотника был утерян ранее. Если что — придётся либо драться в рукопашную, либо бежать. Причём оба варианта одинаково сомнительные.
И тут у меня… отваливается педаль. Вот такая мистика. Сначала медведи, потом аномалии, теперь ещё и велосипед начинает распадаться на атомы. Место — полная жопа‑дичь, до Умбы остаётся двести километров. И это не фигура речи — это диагноз.
Теоретически можно было бы вернуться в Ревду не через Ловозёры и перевал — есть там обходной вариант, и он несложный по сравнению с тем, что я уже прошёл. Но в Ревде нет сраных педалей. Ни одной. Ноль. Пустота. Значит, пришлось бы ехать автобусом в Мурманск, покупать педали, а потом возвращаться обратно. Говно‑логистика уровня «квест на выживание». Кто бы стал так делать?
А если бы я вернулся в Мурманск — всё, это сход. Сойти после всего вот этого — после брода, тумана, перевалов, медведей, Суры, ночёвки на вершине, потери байка, аномалий, ветров, грязи — ну это уже совсем рукалицо и позор. Такой финал не подходит этой истории.
И в этот момент понимаешь: назад дороги нет. Только вперёд — даже если педаль отвалилась, а медведи ходят кругами.
 |
| И он сказал приехали |
Двадцать пять километров прокатился с одной педалью. Время — одиннадцатый час. Нога соскальзывает с оси на любой неровности, вызывая у меня дикий «восторг». Тяжко. Закат. Комары жрут так, будто у них корпоратив. Я ругаюсь по‑французски, по‑испански, по‑всем языкам‑мира, которые знаю и не знаю.
Переписываюсь в телеге… С диванов доносятся многочисленные советы, схемы, фото кустарных конструкций педалей, сделанных из палок, проволоки, изоленты и веры в чудо. Каждый второй пишет: «А вдруг медведь?» Спасибо, ребята, очень поддержали.
Мне сейчас хочется застрелиться — чисто фигурально, от усталости и абсурда происходящего. Но я продолжаю крутить одной педалью, потому что другого выхода нет. Север любит проверять, насколько далеко ты готов зайти, прежде чем скажешь «да ну его». А я пока не сказал.
 |
| Некогда узколейка |
 |
| С таким видом стоял лагерем в этот день |
 |
Сильно утомился. Встал лагерем в рыболовной деревне — две хижины, пара лодок, тишина такая, что слышно, как вода дышит. Ночью включали генератор, и этот ровный гул почему‑то даже успокаивал. Лагерь поставил на видном месте у воды, рядом — надгробия каким‑то двум мужикам. Север любит такие сюжеты: немного странно, немного жутковато, но почему‑то спокойно.
Поужинал и улёгся в мягкий, как перина, мох. Тело провалилось в сон почти мгновенно — день выдался насыщенный, нервный, местами абсурдный, но по‑своему прекрасный.
Завтра жести не ожидается. Попробую проехать побольше, пока погода и силы дают шанс. А сегодня — просто сплю. Северная ночь укрывает лучше любого спальника.
Пробег 53 км
Средняя скорость 8 км/ч
Общее время 10:00
Набор высоты 1 250 м.
Сон 7 часов
День 9 Ловозёрье - Умба
Первый день за весь ТЮ, когда я проснулся пораньше. Солнечно, тихо, и я уже в девятом часу на ногах. Сегодня мне предстоит ехать с одной педалью. Непроходимой жести не ожидается, но будут лужи — а лужи, что с одной, что с двумя педалями, всё равно проходятся пешком. Так что особой разницы нет, кроме моральной.
В этом районе максимальная концентрация косолапых — больше, наверное, только в Кандалакшском. Но грунтовые дороги мне тут нравятся: миную чекпоинт Октябрьский, вокруг заброшенная ВПП, сосны, лужи, ещё сосны, ещё лужи. Красиво, солнечно, накат хороший — север сегодня доброжелателен.
 |
| Взлётно-посадочная |
 |
| начались хорошие дороги |
Но есть одна маленькая деталь, которая не позволяет в полной мере насладиться этим великолепием.
Хоть за сотню километров я уже привык ехать с одной педалью, можно даже сказать — адаптировался к текущим условиям, но периодические соскакивания ноги с оси…
Бесят.
Мягко говоря.
Каждый раз — как маленький удар по нервам.
И всё же едешь. Потому что день хороший, лес пахнет смолой, солнце играет на воде, и даже с одной педалью мир остаётся прекрасным — просто слегка кривым.
 |
 |
 |
| Углеводы |
Когда нога срывается на неровности в пике и голенью втыкается в ось, я ругаюсь громко, выразительно, так, что даже комары на секунду задумываются о смысле жизни. В подошве туфель уже образовалась аккуратная выемка — ось туда наживляется, как в родное гнездо. А сама ось за эти километры отшлифовалась до блеска и стала похожа на пулю — гладкая, холодная, безжалостная.
Каждая неровность - это напоминание о том, что я еду с одной педалью. И что север любит не только красоту, но и боль, желательно дозированную, но регулярную.
 |
 |
 |
 |
Лужи сегодня были, но реже, чем в другие дни. В кормушке хватало фиников, конфет и орешков, чтобы ехать без обеда — запас энергии в кармане. Стремительно вечереет, холодает, пора думать о ночёвке. До Умбы остаётся сорок километров — там и заночую.
И тут — сюрприз. Из кустов выскакивает медвежонок, год, может, полтора. Ну блин, этого ещё не хватало! Бежит и ушами шевелит перед байком в пятнадцати метрах и вдруг останавливается. Я тоже торможу, панически оглядываюсь — ищу взглядом кое‑кого покрупнее, в частности его мамулю. Говорю громко, чтобы не звал её, начинаю свистеть. А он смотрит на меня огромными, добрыми глазами — как на идиота :-)
Я уже полез за смартфоном, надеясь успеть сделать фотку, он насторожился и ушуршал в кусты. Скромняга. Большая удача — увидеть медведя в естественной среде обитания. Обычно они избегают людей, чаще это случайные встречи. А мне за эту поездку выпала честь увидеть трёх медведиков — и каждый раз сердце замирало.
Дальше лечу сорок километров по скоростному грейдеру без остановок. Прибыл в Умбу — всё в городе к этому времени уже закрыто. Проверил предполагаемое место стоянки: шум от дамбы, мусора много. Нашёл получше в десяти метрах от трека. Там и остановился.
Завтра надо доехать до Кандалакши. А дальше — думать, что делать. Север всегда оставляет пространство для решений.
ИтогПробег 190 км
Средняя скорость 14 км/ч
Общее время 15:35
Набор высоты 890 м.
Сон 5 часов
День 10
Утром пришли новости: квартет юнайтеров, которые меня опережали, были ещё вчера в Умбе! И стояли в гостинице. Надо выходить пораньше — вдруг они решат стартовать позже. Осталось всего 110 километров, и я не стал сообщать, где и во сколько выхожу. Пусть будет интрига до самого финиша. Хоть немного гонки должно быть! Им, наверное, тоже известно, где я. Ведь мы все отчитываемся в чате на КП когда появляемся в населёнке.
Выдвинулся в восемь утра. Предстоит прогон по изумительному качества асфальту с видом на горную вершину. Как же я скучал по асфальту! И тут такая концовочка — ну разве не праздник? Север умеет иногда подарить маленькую радость, и она ощущается как чудо.
На шестидесятом километре сделал пит‑стоп у озера Колвица. Вода прохладная, свежая, бодрит лучше любого энергетика. А виды — десять из десяти. Стоишь, смотришь, и понимаешь: ради таких мгновений всё это и затевается.
 |
| Лучшее купание в этом году в оз. Колвица. Смыть грязь за прошедшие три дня перед поездом бесценно. |
 |
 |
Дальше по маршруту — Колвицкие водопады. И тут в чат участников поступает сообщение: квартет юнайтеров финишировал =) Финита ля, как говорится. У них всё уже позади, а у меня впереди ещё немного северного экстрима.
Мне вроде недолго тут задержаться, но водопады — это не просто смотровая площадка. Тут начинается лазанье по скалам, которое местные называют «запих в гору». И это не фигура речи: карабкаешься, цепляешься, ползёшь, будто тебя кто‑то запихивает обратно в каменный мир.
 |
| Колвитцкие водопады |
 |
 |
Экотропа идёт по скалистой местности и честно намекает: «Будешь лазить по камням». И я занимаюсь этим следующие полтора часа — с велосипедом наперевес, как будто участвую в странном соревновании «альпинист‑велосипедист». Каждый валун требует отдельного подхода, каждый уступ — маленькая победа. Скалы не прощают спешки, и приходится двигаться медленно, осторожно, будто сам Север проверяет: достоин ли ты пройти дальше.
В такие моменты понимаешь, что велосипед — не только средство передвижения, но и испытание на прочность. И что экотропа — это не прогулка, а настоящий экзамен, где главным вопросом остаётся: «Сможешь ли ты донести байк до конца?»
 |
| Со скал открываются такие виды на белое море |
 |
| Запих в гору |
Лазить напоследок придётся вот по таким скалам — суровым, изрезанным, будто специально созданным для проверки терпения. И вас будут часто терзать сомнения: «А точно ли сюда наверх? Может, есть путь полегче?» Вы будете искать другие варианты, пробовать обходы, но всё равно окажется, что придётся карабкаться.
Север умеет ставить такие задачи: вроде бы дорога есть, но она не для слабаков. И каждый шаг превращается в маленькую победу над собой.
 |
 |
| И без того был щуплым и худым, а приехал совсем дрищём. 60 кг |
Самый финишный день. Шесть человек сегодня проехали Кольский сегмент — и это уже звучит как итог целой эпопеи.
Я финиширую в четвёртом часу. На центральной площади встречаемся все вместе — уставшие, но счастливые. И сразу же идём закрывать углеводное окно в кафе «Гринвич». Символично: после всех перевалов, бродов, медведей и педалей‑пуль, финал — это тарелка еды и общий стол.
В этот момент понимаешь: гонка закончилась, но история останется. Каждый километр, каждая лужа, каждый камень и каждый смех — всё теперь часть памяти. А Север, как всегда, отпустил нас только тогда, когда мы дошли до конца.
 |
| Не все мы, но некоторые, кто в этот день |
Сейчас самое время принять решение: ехать дальше до Сортавалы или остановиться в Кандалакше. Выбрал второй вариант.
Поломки накопились:
отсутствует левая педаль — без неё я проехал 320 километров, но ещё 1300 ехать так не хотелось;
обувь превратилась в рваную труху;
накрылся верхний подшипник рулевой, появился люфт, который грозил убить стакан. Позже выяснилось, что дело было в штоке вилки, и устранить это можно было легко — но тогда казалось, что проблема серьёзная.
Мастерская откроется только четвёртого числа — работает, когда ей захочется работать. В спорттоварах ни обуви, ни подшипника. С педалью ребята готовы помочь, но это кренки — не то, что нужно.
А ведь у меня была особая мотивация ехать Карельский сегмент. Лодка ждала на почте, логистика ясна, и самое главное: Кандалакша–Сортавала стал бы последним, шестым сегментом. 6/6. Хорошая возможность закрыть гештальт и стать вторым в истории ТЮ, кто проехал все сегменты от моря до моря. Но хватит лирики — возможность ещё представится, а может и нет.
Билет куплен. На этом всё. В моём личном рейтинге этот сегмент — самый ТОП. До него был Донской.
 |
| 9 дней 5 часов 47 минут |
Захотел бы я проехать по этому сегменту ещё раз? Думаю, да. Но уже в режиме гранд-туризм, в составе группы и в обратную сторону — чтобы увидеть всё иначе, спокойнее, без гонки и без нервов.
А вот раздельный старт по Кольскому — категорически не рекомендую. Слишком суровый маршрут, слишком много факторов, которые в одиночку превращаются в испытание на грани. Север любит компанию — и делиться его красотой лучше вместе.